Переодевшись в уборщика, я тихо вошёл в собственную компанию и мгновенно увидел её истинное лицо. Но когда заместитель окатила меня грязной водой, я лишь сдержал ответ — и спустя полчаса уже стоял в переговорной, наблюдая, как сотрудники входят, не подозревая о надвигающемся шоке.
Я вошёл в собственную компанию, переодевшись в обычного уборщика. Хотел увидеть всё без прикрас. И очень быстро понял — проблема куда глубже, чем я думал.
Сотрудники проходили мимо так, словно я невидимка. Один специально толкнул дверь прямо перед моим носом. Другой бросил на пол стакан, глядя мне в глаза, — мол, убирай. Но настоящий шок меня ждал в отделе продаж.
Вероника, моя вице-президент, вышла из кабинета, хлопнув дверью. Я в этот момент убирал пол и нечаянно задел её локтем.
— Ты что, ослеп? — выкрикнула она. — Мой костюм стоит больше, чем ты сам!
Её сотрудники расхохотались. Вероника посмотрела на моё ведро с грязной водой, усмехнулась… и со всей силы пнула его. Вода облила меня с головы до ног. Вокруг снова раздался смех.
Я ничего не ответил. Просто вытер пол, снял перчатки и пошёл наверх.
Через тридцать минут я вошёл в зал совещаний — уже в своём дорогом костюме. Вероника сидела уверенная, улыбалась. Она и представить не могла, кто перед ней.
Я поставил на стол жёлтый мокрый знак уборщика и спокойно сказал:
— Узнаёте?
Тишина была такой густой, что казалось — упади перо, все услышат.
А дальше началось то, что перевернуло весь офис.
Продолжение в первом комментарии.
Я вытащил из папки планшет и включил видеозапись камер. На огромном экране появилось всё: как сотрудники смеялись, как меня толкали… и момент, когда Вероника пнула ведро, обливая «уборщика» грязной водой.
В комнате раздался сдавленный вздох. Кто-то опустил глаза, кто-то побледнел.
— Это не выглядит так, как кажется… — попыталась выдавить Вероника, но её голос дрожал.
— Именно так это и выглядит, — перебил я спокойно. — Это моя компания. И это то, чем она стала без моего контроля.
Я сделал шаг вперёд.
— Сегодня здесь заканчивается культура унижения.
И начинается новая.
Я объявил о немедленном пересмотре руководства, внутреннем расследовании и обязательном тренинге для всех отделов. Веронику попросили покинуть зал — её место больше не принадлежало ей.
Когда дверь за ней закрылась, атмосфера изменилась. Люди больше не видели во мне далёкого директора. Они видели человека, который готов защищать каждого, кто честно работает.
И впервые за долгое время мне никто не боялся смотреть в глаза.