В 1938-м я надела его назло всем суевериям. Это платье трижды хоронили как проклятое, но оно снова являлось из сундука, чтобы его надели. Моя прабабка сбежала в нём с цыганом, мама порвала его в день своей свадьбы, а мне оно досталось по наследству вместе с легендой о несчастьях