— Надень хоть парео, а то людей пугаешь своими формами, — лениво протянул Виталик, переворачиваясь на живот и смахивая песок в мою сторону. — Серьезно, мам, в таком возрасте еще и раздельный купальник?
Даша, не отрываясь от телефона, лишь молча кивнула ему в поддержку. Я спокойно поправила лямку лифа и вспомнила утреннее отражение в зеркале: для своих пятидесяти двух я выглядела вполне уверенно. Три тренировки в неделю не прошли даром.
— И что именно тебя смущает? — спросила я ледяным тоном, нанося крем от загара и будто не замечая его издевки.
Виталик хмыкнул с неприятной самоуверенностью. Он явно наслаждался тем, что рядом много людей и можно играть на публику.
Весь этот отпуск я оплатила сама: перелет, отель, еду, коктейли — все до последней мелочи. А он, как обычно, уже три года «искал себя», лежа на диване и рассуждая о том, как ему тесно в домашней рутине. Пока Даша работала на двух работах, он предпочитал важные разговоры о судьбе и отдых за чужой счет.
Виталик особенно любил говорить громко, когда вокруг были зрители. Ему казалось, что так он выглядит остроумным и уверенным в себе.
— Виталь, может, ты сходишь за водой? — тихо попросила дочь.
— Да сейчас, жарко же. Пусть лучше мама прогуляется, ей полезно, — отмахнулся он.
Я медленно поднялась. На пляже было шумно: дети смеялись, чайки кричали, продавцы угощений перекликались между собой. Самое подходящее место для маленькой развязки, решила я.
— Даш, ну скажи ей, стыдно же! — продолжал зять уже громче, явно рассчитывая на внимание окружающих. — Все смотрят!
- он любил приукрашивать себя на глазах у публики;
- я давно перестала реагировать на его манипуляции;
- дочь пока молчала, но явно чувствовала себя неловко.
Я сняла легкую накидку и осталась в ярком бирюзовом бикини. Виталик даже приподнялся на локте, чтобы его очередная шутка прозвучала как можно громче.
— Фу, старуха в бикини! — выкрикнул он на весь пляж.
А потом я повернулась к нему спиной.
И в ту же секунду его смех оборвался. Он резко соскользнул с лежака и с глухим стуком рухнул в песок, нелепо размахивая руками.
Он упал не из-за неловкости. Его повергло в шок то, что красовалось у меня на спине.
Накануне вечером я зашла в салон на набережной, где мастер Никита полчаса аккуратно наносил стойкую краску по трафарету. Он смеялся до слез и даже не взял денег, заявив, что такое зрелище ему запомнится надолго.
Черными крупными буквами у меня на спине было написано: «ВИТАЛИК, ТВОЯ ЛЮБОВНИЦА СВЕТА ЖДЕТ ОПЛАТУ ЗА САУНУ. ТЕЩА ВСЕ ЗНАЕТ».
Ниже, помельче, значилось: «P. S. ДЕНЬГИ НА ОТПУСК Я ЗАБЛОКИРОВАЛА».
На пляже повисла пауза, а потом кто-то не выдержал и прыснул со смеху. За ним рассмеялись и другие отдыхающие.
— Мам? — голос Даши дрогнул.
Я повернулась обратно к ним и к ожившей публике. Виталик пытался встать, цепляясь за полотенце, но только запутывался сильнее. На его лице проступили пятна растерянности.
— Это шутка? — прохрипел он, отплевываясь от песка. — Да ты просто перегрелась!
Даша посмотрела на меня, потом — на мужа. И в ее взгляде впервые появилось не смятение, а странное спокойствие, будто с плеч свалился тяжелый груз.
— Света? — спросила она буднично. — Это та самая, которую ты называл «менеджером по логистике»?
Виталик побледнел.
— Даш, да это чушь, какой-то бред, монтаж! — затараторил он.
Я только усмехнулась. Его телефон давно синхронизировался с планшетом, который он бросил дома. Конспиратор он оказался не слишком талантливый.
Публика уже не скрывала улыбок. Один мужчина даже крикнул: — Браво! — и поднял банку с напитком, будто приветствовал выступление.
Даша подошла ко мне и взяла парео. Но вместо того чтобы прикрыть меня, она крепко скрутила его в жгут.
— Ты правда заблокировала карту? — спросила она.
— Да. И его обратные билеты тоже отменены, — ответила я.
Виталик окончательно растерялся.
— Вы что, серьезно? У меня же теперь ни копейки!
— Зато у тебя есть Света, — спокойно сказала я. — Пусть она и покупает билет. Раз уж она у вас по части логистики.
Даша внезапно рассмеялась — не зло, а легко, почти освобождающе. Потом она резко хлопнула зятя скрученным парео по ногам.
— Уходи отсюда. Немедленно.
— Даш, ты чего?
— Вон! — ее голос прозвучал так жестко, что даже чайки замолчали на миг. — В номер не возвращайся. Вещи заберешь у администратора.
Виталик огляделся, надеясь на чью-то поддержку, но весь пляж был явно на стороне «старухи в бикини». Он вскочил, схватил шлепки и, прихрамывая, быстро удалился под смех отдыхающих.
Когда все улеглось, я глубоко выдохнула. Спина уже просто горела от солнца, а не от стыда.
— Шрифт хороший, — заметила Даша, разглядывая надпись. — Готический, да?
— Очень старался мастер, — улыбнулась я.
— А про Свету ты как узнала?
— Его телефон давно был связан с планшетом, — объяснила я. — Вот и вся секретность.
Мы снова устроились на шезлонгах. Вокруг постепенно стихали разговоры, люди возвращались к своим делам. Только блондинка рядом подмигнула мне и показала большой палец.
— Мам, а крем еще остался? — спросила Даша.
— Конечно.
Я выдавила немного крема на ладонь и начала мазать ей плечи.
— А с Виталиком что теперь? — тихо спросила я.
Даша посмотрела на море и улыбнулась.
— Пусть ищет себя дальше. Только теперь за свой счет.
Вечером мы с ней пошли в ресторан отеля, заказали рыбу на гриле и бутылку вина. В номере уже не было Виталика — только одинокий носок под кроватью напоминал о его присутствии.
Когда пришло уведомление из банка о неудачной попытке списания, я только удовлетворенно улыбнулась и заказала нам самый большой десерт. Иногда лучший отдых начинается с того, что ты наконец перестаешь терпеть чужую наглость.
И в тот день мы с Дашей это точно поняли.